Авиация и воздухоплавание    Новости    Библиотека    Энциклопедия    Ссылки    Карта проектов    О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Возвращение

Полеты на планере, работа в аэродинамической лаборатории, которой он заведовал, и в воздухоплавательном кружке выдвинули Андрея Туполева в число наиболее близких к Жуковскому помощников. Все, казалось бы, шло хорошо. Успех следовал за успехом, как вдруг в 1911 году разразилась гроза: студента Туполева арестовали и препроводили в Лефортовский полицейский участок. Занятый наукой, строительством аэродинамической трубы и планера, Андрей Туполев находил время жить в гуще всех событий, происходивших в училище, участвовал в митингах и сходках революционно настроенных студентов, не скрывал своего возмущения карательными мерами царского правительства против них. Ясно, что подобная деятельность не могла остаться без внимания полиции.

За Туполева заступились Жуковский и директор училища профессор А. П. Гавриленко. Однако их ходатайство власти оставили без всяких последствий. Арестованному студенту, как и многим другим, угрожала ссылка в Сибирь...

В апреле того же года в Пустомазово скончался Николай Иванович, отец Андрея Николаевича. Вера Николаевна, сестра Андрея, поддержанная профессором Гавриленко, обратилась к властям с ходатайством об освобождении брата для участия в похоронах отца. Ходатайство удовлетворили, и Андрей уехал в Пустомазово.

Не стало Николая Ивановича, которого так любил сын и многому у него учился, брал в пример. Теперь, познав на себе карающую силу царского режима, исключенный из училища и отлученный от науки, Туполев еще острее осознал, как тяжело было жить в ссылке его отцу, бороться за существование, дать образование детям.

Горе закаляет сильных. В испытаниях проявляется характер. Стиснув зубы, не теряя надежды, Андрей Туполев стал ждать своего часа.

Вместо аэродинамической трубы, полета на планере, научных дискуссий, лекций Жуковского пришла пора колоть дрова и плотничать. Работал Туполев на хуторе исступленно, до крайней усталости. В нем все кипело, душу терзали мысли об училище, о любимом учителе, о своем бессилии перед произволом властей.

Но в училище не забыли опального студента. И Жуковский и Гавриленко продолжали о нем хлопотать. На этот раз их хлопоты закончились успешно: Туполев вернулся в Москву и снова стал студентом Технического училища. Трогательной была его встреча с Николаем Егоровичем. Ученый, настойчиво боровшийся за своего любимого ученика, понимающе посмотрел ему в глаза, улыбнулся, давая понять, что время разлуки не ослабило его добрых чувств и не изменило планы на будущее.

Волнуясь, вошел Туполев в помещение, в котором с товарищами создавал аэродинамическую трубу. Прошел в мастерскую, где строил планер. Везде его тепло встречали. Многое изменилось. В кружках появились новые студенты. Встретил Туполев высокого ростом, узкого, костистого и веселого Александра Архангельского. Мог ли он представить себе, что в будущем на протяжении свыше шестидесяти лет его жизнь будет связана с А. А. Архангельским?

Студенты сблизились, Туполев многое узнал о новом друге: родился Александр в Казани, в семье профессора русской литературы. С семьей переехал в Москву, учился в 4-й Московской гимназии, что около Покровских ворот, той самой, которую в свое время окончил Жуковский.

В университете, куда поступил Архангельский, он продержался недолго - быстро перешел в МВТУ. Здесь молодой студент заинтересовался аэродинамической лабораторией. Как и Туполев, он был очарован Жуковским, потянулся к нему и стал его учеником и помощником.

Новые друзья - Туполев и Архангельский - с большим интересом следили за работой III воздухоплавательного съезда. На съезде выступил Жуковский, и речь его стала настоящим событием. Отмечая рост авиации и то, что авиаторы практикуются в фигурных полетах, ученый коснулся вопросов о возможном полете через Атлантический океан и полете вокруг света. "Пока полет вокруг света фантастичен, - сказал Жуковский, - но если мы вспомним, каких успехов достигла авиация за последние годы, то не придется удивляться, если через десяток лет даже этот фантастический проект осуществится".

Выступление Жуковского о мирном развитии авиации, широком применении ее в жизни страны захватило слушателей и вызвало оживленные обсуждения среди студентов МВТУ. Опять началось "брожение умов" - молодежь осуждала практику покупки властями только заграничных самолетов и моторов, преклонение перед заграничными моделями и невнимание к отечественным оригинальным конструкциям. Как было не вспомнить им миллионера Д. П. Рябушинского, построившего в Кучино под Москвой свой частный аэродинамический институт. Богач использовал идеи Николая Егоровича Жуковского, сулил ему самые широкие возможности для проведения любых экспериментов - так продолжалось, пока строился и развивался институт. Миллионер изображал тогда из себя мецената. Но потом он сбросил маску интеллигентного покровителя науки и стал вмешиваться во все. Жуковский был вынужден покинуть частный аэродинамический институт. С его уходом закатилась и слава Кучино. Но осталась живой мечта Жуковского об организации не частного, а государственного научного центра - аэрогидродинамического института. Такой центр был необходим для развития и создания отечественной авиационной промышленности.

Хлопоча об организации исследовательского центра, Жуковский смотрел на авиацию как на одну из столбовых дорог технического прогресса. Не лишне заметить: мысли Жуковского о будущем авиации и воздухоплавания совпадали с ленинскими. В начале 1914 года в проекте речи, подготовленном для выступления большевистского депутата в думе Г. И. Петровского, Ленин охарактеризовал развитие авиации как наступление "века аэропланов". В труде "Крах II Интернационала" (1915) Ленин, говоря об армии как примере хорошей организации, обладающей гибкостью при умении "...вместе с тем миллионам людей давать единую волю", отметил важную роль авиации. В бою сухопутные войска при поддержке их авиацией могут увеличить глубину своего воздействия на противника на десятки верст. "Сегодня их передовые отряды, - писал Ленин, - кладут мины под землей, завтра они передвигаются на десятки верст по указаниям летчиков над землей. Вот это называется организацией, когда во имя одной цели, одушевленные одной волей, миллионы людей меняют форму своего общения и своего действия, меняют место и приемы деятельности, меняют орудия и оружия сообразно изменяющимся обстоятельствам и запросам борьбы".

Русские капиталисты не обошли своим вниманием авиацию, увидя в ней "лакомый кусок". Для выпуска самолетов перестраивались старые предприятия и создавались новые. Стал перестраиваться на производство самолетов московский завод "Дуке", открылось отделение на Русско-Балтийском вагонном заводе в Риге. Большинство предприятий создавалось наспех. Работы в них развертывались подчас на неприспособленных производственных площадях.

В 1910 году авиационные предприятия России выпустили свои первые самолеты, их было немного, примерно тридцать экземпляров, представлявших главным образом копии или модификации зарубежных конструкций. Но стало развиваться п опытное строительство совершенно оригинальных, самобытных отечественных конструкций. Если в 4909 году их было создано шестнадцать, в 1910 году - тридцать восемь, то к концу 1914 года - около двухсот. Как правило, новые конструкции разрабатывались энтузиастами. Им приходилось тратить много сил на преодоление финансовых и иных трудностей, не имея отечественных моторов.

Развитие авиации в России и особенно за рубежом заставило русское военное ведомство приступить к созданию своей национальной авиации; открывались первые авиашколы, усиленно закупались иностранные самолеты и моторы. Формирование первых русских военных авиационных частей относится к 1911-1912 годам. Некоторые из них вскоре приняли участие в маневрах как новый род войск. В 1912 году несколько русских летчиков участвовали в боевых действиях на Балканах.

К осени 1914 года русская авиация располагала наибольшим числом самолетов по сравнению с такими отдельно взятыми странами, как Германия, Франция, Англия, США. Но в дальнейшем положение резко изменилось. Первая мировая война показала шаткость экономики старой России, ограниченные возможности для научно-экспериментальных исследований и слабость производственной базы. Об этом свидетельствует статистика: на заводах Германии в 1917 году было изготовлено двадцать тысяч самолетов, во Франции (в 1918 году) - свыше двадцати трех тысяч самолетов и более сорока четырех тысяч двигателей, а в России авиазаводы выпустили (в 1916 году) лишь тысячу восемьсот пятьдесят самолетов и около тысячи трехсот авиационных двигателей устаревших конструкций.

Когда началась война, Жуковскому было шестьдесят семь лет. Но он по-прежнему полон энергии и по-прежнему беззаветно предан авиации и как ученый, и как инженер, и как человек, который, по словам Туполева, произнесенным в 1947 году по случаю столетия со дня рождения Николая Егоровича, "глубоко люЙил свою родину... болел ее несчастьями, болел горестями и всегда хотел быть ей полезен".

Словно не чувствуя бремени прожитых лет, Николай Егорович принялся за укрепление отечественной авиации. Он предложил начать немедленную подготовку военных инженеров, наладить производство своих, русских самолетов, авиационного вооружения и авиационных бомб. Особое место в его программе создания мощной русской авиации занимала организация научно-практических исследований и научных центров, способных такие исследования проводить. "Самое важное для меня... как старого ученого, - говорил он, - соединение практики с теорией".

Андрей Николаевич Туполев в юношеские годы
Андрей Николаевич Туполев в юношеские годы

Николай Егорович привлек к своей работе учеников, в том числе Архангельского и Туполева. Они учились у него, перенимали его опыт, особенно по части слияния в одно целое труда ученого, инженера, конструктора и организатора.

Андрей Туполев, на три года отлученный от учебы, теперь с головой ушел в нее, увлекся всем, чем занимался, чего добивался и чего хотел его учитель, однако о том, что происходило в стране и мире, судил иначе, чем учитель. Беседы с отцом, ссыльным поселенцем, участие в студенческом революционном движении сформировали у него острое критическое отношение ко всей социальной системе царской России. Глубоко уважая и с почтением относясь к учителю, Туполев старался при каждом удобном случае тактично повлиять на него в оценке событий и фактов. Дело в том, что перепуганная неудачами на фронтах военная знать вдруг повернулась к Жуковскому, стала заискивать перед ним, ожидая от него "сотворения военного чуда". Старого ученого стали приглашать "в свет", с ним любезничали. Туполев считал необходимым сделать так, чтобы он не очень обольщался посулами царских генералов.

Николай Егорович чувствовал внимание к себе и заботу своего ученика, его сдержанные возражения против некоторых высказываний при искреннем желании помогать в напряженной работе. Ученому важно было иметь рядом сильного, крепкого и талантливого помощника, которому он доверял и в котором все больше и больше нуждался...

предыдущая главасодержаниеследующая глава





История воздухоплавания


Диски от INNOBI.RU
© Карнаух Лидия Александровна, подборка материалов, оцифровка; Злыгостева Надежда Анатольевна, дизайн;
Злыгостев Алексей Сергеевич, разработка ПО 2001-2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник:
http://fly-history.ru/ "Fly-History.ru: История авиации и воздухоплавания"